на содержании) - приняли за преступное посягательство на свобор:у книгопечатания эти опыты урезывания слов и спрашивали, в полном ли рассудке поступает так правительство, или оно сошло с ума? При этом благоприятном настроении в пользу правительственн_ых преследований начался в Old Bailey процесс Бернара, это «юридическое Ватерлоо» Англии, как мы сказали тогда в «Колоколе» *. Процесс Бернара я проследил от доски до доски, я был все заседания в Old Bailey (раз только часа два опоздал) и не раскаиваюсь в этом. Первый процесс Бартелеми и процесс Бернара доказали мне очевидно, насколько Англия совершеннолетнее Франции в юридическом отношении. Чтоб обвинить Бернара, французское правительство и английское министерство взяло колоссальньте меры, процесс ·этот стоил обоим правительствам до тридцати тысяч фунтов стерлингов, то есть до семисот пятидесяти тысяч франкоrз. Ватага французских агентов жила rз Лондоне, ездила в Париж и возвращалась для того, чтоб сказать одно слово, для того, чтоб быть в готовности на случай надобности, семьи были выписаны, доктора медицины, жокеи, начальники тюрем, женщины, дети ... 11 все это жило в дорогих гостиницах, получая фунт (двадцать пять франков) в день на содержание. Цезарь был испуган. Карфагены были испуганы! * И все-то это понял, насупившись, неповоротливый англичанин - и в продолжение следствия преследовал мальчиками, свистом и грязью на Гаймаркете и Кове·нтри фрш~цузских шпионов; английская полиция должна была не раз их спасать. На этой ненависти к политическим шпионам и к бесцеремонному вторжению их в Лондон основал Эдвин Джемс свою защиту. Что он делал с англи_йскими агентами, трудно себе вообразить. Я не знаю, какие средства нашел Scotland Yard * или французское правительство, чтоб вознаградить за пытку, которую заставлял их выносить Э. Джемс. Некто Рожерс свидетельствует, что Бернар в клубе на Лестер-сквере говорил то-то и то-то о предстоящей гибели Наполеона. /{)5
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==