неприличным начать дело, которое могут счесть за личность! А тут чувствительные сердца и начнут удивляться, как мужики убивают помещиков с целыми семьями, как в Старой Руссе солдаты военных поселений избили всех русских немцев и немецких русских *. В передних и девичьих, в селах и полицейских застенках схоронены целые мартирологи страшных злодейств, воспоминание об них бродит в душе и поколениями назревает в кровавую, беспощадную месть, которую предупредить легко, а остановить вряд возможно ли будет? Старая Русса, военные поселения! - страшные имена! Неужели история, вперед закупленная аракчеевской на-водкой 1 , никогда не отдернет савана, под которым правительство спрятало ряд злодейств, холодно, систематически совершенных при введении поселений? iv1aлo ли ужасов было везде, но тут прибавился особый характер - петербургско-гатчинский, немецко-татарский. Месяцы целые продолжалось забившше палками и засекание розгами непокорных ... пол не просыхал от крови в земских избах и канцеляриях... Все преступления, могущие случиться на этом клочке земли со стороны народа против палачей, оправданы вперед! Монгольская сторона московского периода, исказившая славянский характер русских, фухтельное бесчеловечье *, исказившее петровский период, воплотилось во всей роскоши безобразия в графе Аракчееве. Аракчеев, без сомнения, одно из самых гнусных лиц, всплывших после Петра I на вершины русского правительства; этот Холоп венчанного солдата*, как сказал об нем Пушкин, был идеалом образцового капрала, так, как он носился в мечтах отца Фридриха I1: нечеловеческая преданность, механическая исправность, точность хронометра, никакого чувства, рутина и деятельность, ровно столько ума, сколько 1 Аракчеев положил, кажется, 100 ООО рублей в ломбард для выдачи через сто лет с процентами тому, кто напишет лучшую историю Александра I *. (Прим. А. И. Герцена.) 84
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==