с:rужбой». Вот до каких геркулесовских столбов безумия можно доправиться, имея две-три полиции, враждебные друг другу, канцелярские формы вместо законов и фельдфебельские понятия вместо правительственного ума. Нелепость эта напоминает мне случай, бывший в Тобольске несколько лет тому назад. Гражда1;1с1шй губернатор был в ссоре с виц-губернатором, ссора шла на бумаге, они друг другу писали всякие приказные колкости и остроты. Виц-губернатор был тяжелый педант, формалист, добряк из семинаристов, он сам составлял с большим трудом свои язвительные ответы и, разумеется, целью своей жизни делал эту ссору. Случилось, что губернатор уехал на время в Петербург. Виц-губернатор занял его должность и в качестве губернатора получил от себя дерзкую бумагу, посланную накануне; он, не задумавшись, велел секретарю отвечать на нее, подписал ответ и, получив его как вицгубернатор, снова принялся с усилиями и напряжениями строчить самому себе о<.:корбительное письмо. Он считал это высокой честностью. С полгода вытянул я лямку в губернском правлении, тяжело было и крайне скучно. Всякий день в одиннадцать часов утра надевал я мундир, прицеплял статскую шпажонку и являлся в присутствие. В двенадцать приходил военный губернатор; не обращая никакого внимания на советников, он шел прямо в угол и там ставил свою саблю, потом, посмотревши в окно и поправив волосы, он подходил к споим креслам и кланялся присутствующим. Едва вахмистр с страшными седыми усами, стоявшими перпендикулярно к губам, торжественно отrзорял дверь и бренчанье сабли становилось слышно в канцелярии, советники вставали и оставались, стоя в согбенном по.1ожении, до тех пор, пока губернатор кланялся. Одно из первых действий оппозиции с моей сторопы состояло в том, что я не принимал участия в этом соборном восстании и благочестивом ожидаrши, а спокойно сидел и кланялся ему тогда, когда он кланялся нам. Больши~ прений, горячих рассуждений не было; редко случалось, чтоб советник спрашивал предвари- '17
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==