- Даю, при двух свидетелях. - Ну, отгадали. Это ожидае:-vtое подтверждение все же сдеJ1ало какую-то боль,- точно я еще сомневался. - Помните обещанное,- прибавил, помолчавши, Орсини. - Об этом не беспокойтесь. А вы вот утешьте меня да и Саффи; расскажите, как было дело, ведь главное мы знаем. Орсини засмеялся. - Экое любопытство! Вы Энгельсона знаете; на днях пришел он ко мне, я был в столовой (Орсини жил в boarding-house 1 и обедал один). Он уже обедал, я велел подать графинчик хересу, он выпил его и тут стал жаловаться на вас, что вы его обидели, что вы перервали с юrм все сношения, и после всякой болтовни спросил меня: как вы меня приняли после возвращения. Я отвечал, что вы меня приняли очень дружески, что я обедал у вас и был вечером ... Энгельсон вдруг закричал: ~.Вот они ... знаю я этих молодцов, давно ли: он и его друг и почитатель Саффи говорили, что вы австрийский агент. А вот теперь вы опять в славе, в моде - и он ваш друг!» - «Энгельсон,- заметил я ему,- вполне ли вы понимаете важность того, что вы сказа:ш?» - «Вполне, вполне»,- повторял он. «Вы готовы будете во всех случаях подтвердить ваши слова?» - «Во всех!» Когда он ушел, я взял бумагу и написал вам письмо. Вот и все. Niы вышли все на улицу. Орсини, будто догадываясь, чт6 происходило во мне, сказал, как бы в утешение: - Он поврежденный. Орсини вскоре уехал в Париж, и античная, изящная голова его скатилась окровавленная на помосте гильотины. Первая весть об Энrельсоне была весть о его смерти в )Керсее. Ни слова примирснья, ни слова раскаянья не долетело до меня ... (1858) 1 пансионе ( англ.). 41* 631
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==