с кораблей на балтийские берега. Проект этот мне очень не нравилси; что за пропаганда с прожектилями, что за смысл нам, русским, жечь финские деревни, помогать Наполеону и Англии? * К тому же Энгельсон не открыл никакого нового средства направлять воздушные шары. Я мало возражал на его план, воображая, что он сам бросит эти бредни. . Не тут-то было. 011 отправился с своим проектом к .N\аццини, к Ворцелю. Маццини сказал, что он такого рода дела~ш не занимается, а готов переслать через своих друзей его проект военному министру. Из министерства отDетил11 уклончиво и без отказа проект оставили в стороне. Он просил меня собрать двух-трех воен11ых пз рефюжье и предложить им вопрос о шаре. Все были против, и я еще и еще раз говорил ему, что и я против, что паше дело, наша сила - пропаганда и пропаганда, что мы падем нравственно, становясь на одну сторону с Наполеоном, и погубим себя в глазах России, f aisant cause commune I с врагами ее. Энгельсон сердился, выходил из себя. Он ехал в Лондон на верное торжество и, встретивши оппозицию даже во мне, незаметно возвращался к неприязни. Вскоре он отправился за женой и привез ее в мае 1\!Ссяце в Лондон. В их отношениях сделалась совершеннаи перемена, она была беременна, он - в восторге от будущего ребенка. Ссоры, размолвки, объяснения - все прошло. Она с каким-то лунатическим мистицизмом и полупомешательством вертела столы и занималась спиритизмом. Духи ей предсказывали многое и между прочим скорую смерть мою. Он читал Шопенгауэра и, улыбаясь, говорил мне, что всеми силами мирволит мистичес1<0му направлению ее, что эта вера и экзальтация вносит мир и покой в ее душу. Со мной она обошлась дружески, может, в ожидании близкой смерти, приходила ко мне с работой и заставляла меня читать главы из «Былого и думы» и повые статьи. Когда через месяц начались опять размолвки из-за бонапартизма и воздушных шаров, она являлась примирительницей,- приходила ко мне, прося 1 делая общее дело (франц.). 620
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==