- Верите вы или нет, что я скорее погибну, сгину с лица земли, чем компрометирую де.10, в котором замешано для меня столько святого - без вашего дов<> рпя я связан. Скаж11те отI<ровенно: да или нет. Есл11 нет - прощайте, и к черту все, к черту и вас и меня! Я завтра уеду, и вы обо мне больше не услышите. - В вашу дружбу, в вашу 11скренность я верю, но боюсь вашего воображснья, ваших нерв н не очень верю в ваш пракrIIческий смысл. Вы мне ближе всех здесь, но, признаюсь вю1, мне кажется, что вы наделаете бед и погубите себя. - Так, по-вашему, у генсра,1а Гауга практический генпй? - Я этого не говорил, но думаю, что Гауг - больше практический человек, так, как думаю, что Орсини практичнее Гауrа. Энгельсов бо.1ьше ничего не слуша.1, он п.1ясал на одноi'1 ноге, пел и, наконец, успокоивш11сь немного, сказал мне: - Попались, попались, как кур во щи! Он положил мне руку на плечо п прибавIIл вполслуха: -. С Орсини-то я II обду!'.1а.1 весь план, с самым практическим человекоi\I в мире. Ну, благословляйте, отче! - А даете ли вы мне слово, что вы ннчего не предпримете, не сказавши мне? Даю. - Рассказывайте ваш план. - Этого я не могу, по кра11нсй мере теперь не ыогу ... Сделалось молчание. Что он хотел, понять было нетрудно ... - Прощайте,- сказал я,- дайте мне подуi\Iать, п невольно прабавил: - Зачеы :же вы мне об этом говорили? . Э<нгельсон> понял меня. - Проклятая слабость! Впрочем, никто нпкогда нс узнает, что я вам говори.1. - Да я-то знаю,- сказал я e:v1y в отпет, и мы разошлись. 55З
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==