Это письмо заключается словами: «Я желаю иметь так мало силы, чтоб не чувствовать своего существования, когда я его чувствую, я чувствую всю дисгармонию всего существующего ... » ПРИМЕТЫ . Реакция торжествовала; сквозь бледносинюю республику виднелись черты претендентов; Националыrая гвардия ходила на охоту по блузам, префект полиции делал облавы по рощам и катакомбам, отыскивая скрыnавшихся. Люди менее воинственные доноси:ш, подслушивали. До осени мы были окружены своими, сердились и грустили на родном языке: Т<учковы> жили в тол~ же доме, М<ария> Ф<едоровна> - у нас, А<ннен1.:ов> и Т<ургенев> приходили всякий день; но все глядело вдаль, кружок наш расходился. Париж, вымытый кровью, не удерживал больше; все собирались ехать без особенной необходимости, вероятно думая спастись от внутренне~':'~ тягости, от Июньских дней, взошедших в кровь и которые они nезли с собой Зачем не уехал и я? Многое было бы спасено, и мне не пришлось бы принесть столько человеческих жертв и столько самого себя на заклание богу жестокому II беспощадному. День нашей разлуки с Т<учковы>ми и с М<арией> Ф<едоровной> как-то особо каркнул вороноУI в моей жизни; я и этот сторожевой крик пропустил без внимания, как сотни других. Всякий человек, много испытавший, припо:1-п-шт себе дни, часы, ряд едва заметных точек, с которых начинается перелом, с которых ветер тянет с другой стороны; эти знамения или предостережения вовсе не случайны, они - последствия, начальные воплощения готового вступить в жизнь, обличения тайно бродящего и уже существующего. Мы не замечаем эти психические приметы, смеемся над ними, как над просыпанной солонкой и потушенной свечой, потому что считаем себя несравненно нсзависимее, нежели на деле, н гордо хотим сами управлять своей жизнию. 488
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==