- С удовольствием,- отвечал государь император и проследовал в улицу Лафит. Я откланялся его величеству и, пользуясь близостью, пошел в Maison d'Or. Через месяц или полтора тугой на уплату петербургский 1-й гильдии купец Николай Романов, устрашенный конкурсом и опубликованием в «Ведомостях», уплатил, по высочайшему повелению Ротшильда, незаконно задержанные деньги с процентами и процентами на проценты, оправдываясь неведением закопав, которых он действительно не мог знать по своему общественному положению. С тех пор мы были с Ротшильдом в наилучших отношениях; он любил во мне поле сражения, на котором он побил Николая, я был для него нечто вроде Маренго или Аустерлица *, и он несколько раз рассказывал при мне подробности дела, слегка улыбаясь, но великодушно щадя поби.того противника. В продолжение моего процесса я жил в Отель Мирабо, Rue de la Paix. Хлопоты по этому делу заняли около· полугода. В апреле месяце, одним утром, говорят мне, что какой-то господин дожидается меня в зале и хочет непременно видеть. Я вышел: в зале стояла какая-то подхалюзая, чиновничес1,:ая, старая фигура. - Комиссар полиции Тюльерийского I<вартала, такой-то. - Очень рад. - Позвольте мне прочесть вам декрет министра внутренних дел, сообщенный мне префектом полиции и касающийся вас. - Сделайте одолжение, вот стул. «Мы, префект полиции 1 : Взяв в соображение 7 пункт закона 13 и 21 ноября и 3 декабря 1849 г., дающий министру внутренних дел право высылать (expulser) из Франции всякого иностранца, присутствие которого во Франции может возмутить порядок и быть опасным общественному 1 Перевожу слово в слово. (Прим. А. И. Герцена.) 397
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==