I<Оторую неудача только вызывает и подзадоривает, есть что-то великое и, если хотите, что-то безумное. Часто эта-то доля безумия и обусловливает успех, она действует на нервы народа, увлекает его. Великий человек, действующий непосредственно, должен быть великим маньяком, особенно с таким восторженным народом, I<ак итальянцы, к то.му же защища51 религиозную мысль национальности. Одни последствия могут показать, потерял ли Маццини излишними и неудачными опытами магнетичесI<ую силу свою на итальянские массы. Не разум, не логика ведет народы, а вер_а, любовь и ненависть. Выходцы итальянские не были выше других ни талантами, ни образованием: большая чr1сть их даже ничего не звала, кроме своих поэтов, кроме своей истории; но они не имели ни битого, стереотипного чекана французских строевых демократов, которые рассуждают, декламируют, восторгаются, чувствуют стадами одно и то же и одинаким образом выражают свои чувства, ни того неотесанного, грубого, харчевенно-бlрсацкого характера, которым отличались немецкие выходцы. Франuузский дюжинный демократ - буржуа in spe 1 , немецкий революционер, так же как немецкий бурш - тот же филистер, но в другом периоде развития. Итальянцы - самобытнее, индuвидуальнее. Французы заготовляются тысячами по одному шаблону. Теперешнее правительство не создало, но только поняло тайну прекращения личностей - оно совершенно во французс1<0:-.1 духе устроило общественное воспитание, то есть воспитание вообще, потому -что домашнего воспитания во Франции нет. Во всех г-ородах империи ·преподают в тот же день и в тот же час по тем же книгам - одно и то же. На всех экзаменах задаютс51 одни и те же вопросы, одни и те же примеры, учителя, отклоняющиеся от те1<ста или меняющие программу, немедленно исключаются. Эта бездушная стертость воспитания только привела в обязательную, наследственную форму то, что прежде бродило в умах. Это формально демократический уровень, приложенный к умственно:-.1у 1 в будущем (лат.). 324
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==