скользнула по его лицу и так быстро исчезла, как будто ее и не было никогда. Я тут видел Ма.ццини во второй раз. Маццини, знавший о мocii римской жизни, хотел со мной познакомиться. Од11им утром мы отправились к нему в Паки с Л. Спини *. Когда мы вошли, Маццwни сидел пригорюнившись за столом и слушал рассказ довольно высокого, стройного 11 прекрасного собой молодого человека с белокурыми волосами. Это был отважный сподвижник Гарибальди, защ11тник Vascello *, предводитель римских легионеров Джакомо Медичи. Задумавшись и не обращая ни1<акого внимания на происходившее, сидел другой молодой человек, с печально рассеян11ым выражением - это был товарищ Маццпнн по триу!'lширату, .Марк Аврелий Сафф11 *. Мацц11ни встал и, глядя мне прямо в лицо своими проницательными глазами, протянул дружески обе руки. В самой Италии редко можно встретить такую J:[зящную в своей серьезности, такую строгую а~1п1чную голову. Минутами выражение его лица было жестко, сурово, но оно тотчас смягчалось и прояснивалось. Деятельная, сосредоточенная мысль сверкала в его печальных глазах; в них и в морщинах на лбу - бездна воли и упрямства. Во всех чертах были видны следы долголетних забот, неспанных ночей, пройденных бурь, сильных страстей или, лучше, одн.ой сильной страсти, да еще что-то фанатическое - может, аскетическое. Маццини очень прост, очень любезен в обращении, но привычка властвоrзать видна, особенно в споре; он едва может скрыть досаду при противуречи11, а иногда н не скрывает ее. Силу свою он знает 11 откровенно пренебрегает всеы11 наружными знаками диктаториальной обстановки. Популярность его была тогда огромна. В своей ~1а.1енькой комнатке, с вечной сигарой во рту, Мацuини в )Ксневе, как некогда папа в Авиньоне, сосредоточива.1 в своей руке нити психического телеграфа, nривод11вшие его в живое сообщение со всем полуостровом *. Он знал каждСJе биение сердца своей партии, чувствовал мале11шее сотрясение, немедленно отве320 •
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==