то, достаточной для развода, причине он женился на ней. Струве был большой чудак, ел одно постное с прибавкой молока, не лил вина и на такой же диете держал свою Амалию. Ему казалось и этого мало, и 011 всякий день ходил купаться с нею в Арву, где вода середь лета едва достигает восьми градусов, не успевая нагреться,- так быстро стекает она с гор. Впоследствии мне случалось говорить с ним о растительной пище. Я возражал ему, как обыкновенно возражают: устройством зубов, большей потерей си.1 на претворение растительного фибрина, указывал на меньшее развитие мозга у травоядных животных. Он слушал кротко, не сердился, но стоял на свое:v1. В заl{ЛЮчение он, видимо, желая менп поразить, сказал мне: - Знаете ли вы, что человек, всегда питающийся растительной пищей, до того очищает свое те.10, что оно совсем не пахнет после смерти? -:- Это очс11ь пр11ят110,- возр·азил 51 ему,- IIO мне-то от этого какая же по.1ьза? я не буду нюхать сам себя после смерти. Струве даже не у.1ыбнулся, но сказал мне с спо,юйНЫI\I убежде1ше:-.1: - Вы еще будете 11наче говор1пь! - Когда вырастет бугор почппельности,-- приба• вил я. В конце 1849 Струве прислал мне cвoir, вновь изобретенный для волыюй Германии каu1ендарь. Дни, месяцы - все было переведено на какое-то древнегерманское и трудно понятное нареч11е; вместо святых каждый день был посвящен воспоминанию двух зна;-.1енитостей, например Ваши11rтону и Лафайету, но зато десятый назнача.1ся в память врагов рода человечес:<ого, например Нико.1ая и Меттер11иха. Праздникамr1 были те дни, когда воспомт1ан11е падало на особенно великих людей, на Лютера, Колумба и проч. I3 этом календар~ Струве галантно замени.1 25 де1:-:абрп, рождество Христово, nра~дником Алюлии! Как~то, встретившись со мной на улице, он, между прочим, сказал, что надобно было бы издавать 13 317
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==