Делессер, Ьоп vivant 1 и богатый человек, был тогда префектом; он служил по полиции не из нужды, а из страсти и любил иногда весело пообедать. У него и у Э. было много общих приятелей; раз, между «грушей и сыром», как говорят французы, один из них сказал ему: - К:акая досада, что вы так преследуете бедного Э.! Мы лишены славного собеседника, и он должен скрываться, как преступник. - Помилуйте,- сказал Делессер,- об его деле помину нет. Зачем он прячется? - Знакомые его иронически улыбались.- Я его постараюсь уверить, что он делает вздор, и вас с тем вместе. Приехавши домой, он позвал одного из г.1авных шпионов и спросил его: Что Э., в Париже? В Паршке,- отвечал шпион. Прпчется? - спросил Делессер. Прячется,- отвечал шпион. Где? - спросил Делессер. Шпион вынул юшжку, порылся в ней 11 прочел его адрес. -· Хорошо, так ступайте к нему завтра утром рано и скажите, что он напрасно беспокоится, что мы его не µ,щем и что он может спокойно жить на своей квартире. Шпион в точности исполнил приказание, а через два часа после его визита Э. таинственно извещал своих близких и друзей, что он уезжает из Парижа и будет скрываться в одном из дальних городов, потому-де, что префект открыл место, где он прятался! Сколько заговорщиюr стараются покрыть прозрачной завесой таинственности и красноречивым молчанием свою тайну, сто:1ько явнобрачные стараются обличить и разбо.пать все, что есть за душой. Это бессменные трибуны кофейных и клубов; они постоянно недово.1ьны вcer-.r и хлопочут обо всем, все сообщают, даже то, чеrо не было, а то, что было,- является у них, как горы в рельефных картах, возведенное в квадрат и куб. Глаз до того к ним привыкает, что неоольно нщет их при всяком уличном шуме, при всякой демонстрации, на всяком банкете. 1 кутнла ( франц.). 301
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==