Испуганный трактирщик бросился закрывать окна, сержант с подлой наружностью явился с приказом гнать всех из кофейной; мне казалось, что это был тот самый господин, который веле.11 нас остановить. К тому же кафе «Комартин» в двух шагах от Мадлены. - Вот то-то, господа, видите, что значит неосторожность, зачем в такое время выходить со двора, умы раздражены, кровь течет ... В это время национальный гвардеец привел какуюто служанку, говоря, что офицер ее схватил в то самое время, как она хотела бросить в ящик письмо, адресованное в Бер.1пн. Старик взял пакет и велел солдату IIДТII. - Вы можете отправляться домой,- сказа.'! он нам,- только, пожалуiiста, не хо,::щте прежними у.11ица;v1п, особенно мимо rшрдона, который вас схватил. Да, постойте, я вам дам провожатого, он вас выведет на Елисейские поля, та~1 можете пройти. - Ну и вы,- заыети.л он служанке, отдавая письмо, до которого не дотронулся,- бросьте ваше писыю в другой ящик, где-нибудь подальше. Итак, полиция защищала от вооруженных мещан! Ночью, с 26 на 27 июня, рассr<азывает Пьер Леру, он был у Сенара, прося его распорядиться насчет пленных, которые задыха.1ись в подвалах Тю.1ьери. Сенар, человек, 11звестный своим отчапнным консерватизмом, сказал Пьеру Леру: - А кто будет отвечать за их жизнь на дороге, их перебьет Национа.1ьная гвардия? Если б вы пришли часом раньше, пы застали бы здесь двух полковш1ков, я насилу их унял п кончил тем, что сказал им, что если эти ужасы будут продолжаться, то я, вместо президентского стула в Собрании, займу место за баррикадой. Часа через два, по возвращении домой s-шился дворник, незнакомый человек во фраке и человека четыре в блузах, дурно скрывавших муниципальные усы и жандармскую выправку. Незнакомец расстегнул фрак и жилет и, с достоинством указывая на трехцветный шарф, СI<азал, что он 1юмиссар полиции Барле (тот самый, который в Народном собрании второго 286
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==