пов, когда они сходят с прямого пути ... все путается. Вы с летами все это увидите. До этих лет я еще не дожил, но эту сторону ненаходчивости у Строганова, над которой часто зло подсмеивался Чаадаев, я, совсем напротив, ставлю ему в большое достоинство. Говорят, что во время совершенного помрачения духа нашего невского Саула *, после февральской революции, увлекся и Строганов. Он будто бы настоял в но-· вом ценсурном совете на воспрещении пропускать что бы то ни было из писанного мною. Я: это принимаю за действительный знак его хорошего расположения ко мне; услышав это, я принялся за русскую типографию. Но Саул шел дальше. Вскоре реакция обошла и перешла нашего графа, он не хотел быть палачом университета и вышел из попечителей *. Но это еще не все. Через два-три месяца после Строганова вышел в отставку и Голохвастов *, устрашенный рядом безумных мер, которые ему предписывались из Петербурга. Так окончилась публичная карьера Дмитрия Павловича, и он, как настоящий москвич, сложив с себя бремя государственных дел, расположился важно отдохнуть, занимаясь сельским хозяйством и окруженный семьей, рысаками и хорошо переплетенными книгами. Во внутренней жизни его в продолжение его кураторства все шло благополучно, то есть в свое время являлись на свет дети, в свое время у них резались зубы. Имение было ограждено законными наследниками. Сверх того, еще одно лицо обрадовало и согрело последние десять лет его жизни. Я: говорю о приобретении Бычка, первого рысака по бегу, красоте, мышцам и- копытам не только Москвы, но и всей России. Бычок представлял поэтическую сторону серьезного существования Дмитрия Павловича. У него в кабинехе висели несколько портретов Бычка, писанных масляными красками и акварелью. Как представляют Наполеона - то худым консулом с длинными и мокрыми волосами, то жирным императором с клочком волос на лбу, сидящим верхом на стуле с коротенькими ножками, то императором, отрешенным от дел, стоящим, заложив руки за спину, на скале середь плещущего океана,- так и 200
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==