щие современники своего времени, своего общества. Все, что они говорят,- истинно, но они могли бы говорить что-нибудь другое; все, что они делают,- хорошо, 1ю они могли бы делать что-нибудь иное. Они обыкновенно нравственны, но вам нечистая сила шепчет на ухо: «Да могут ли они быть безнравственны?» Немцы назвали бы таких людей «рассудочнымн»; это среда вигизма в Англии,- среда, которой гений и высший представите..1ь теперь - Макалей, в стары годы бы.1 Ba.'Iuтep Скотт, среда практической философии пустьшника de Ia Cl1aussee d'Antin * и философских поучений Вейса. Все у этих господ исправно, чинно, па месте; они прави,1ьно любят добродетель и бегут порока; все у них не лишено известной прелести серенького летнего дня без дождя и солнца, а чего-то нет,- ну, так, безделицы, н,и1tего, как у великих княжен царя I I икиты ... но И того недоставало*, а без того и все остальное не в честь. Меньшой брат Голохвастова родился хромой; уж одно это обстоятельство лишило его возможности приобресть античную позу и версальскую поступь старшего брата. К тому же у него были черные волосы и огромные черные глаза, которыми он никогда не щурился. Эта энергическая и красивая наружность была всё; внутри бродили довольно неустроенные страсти и смутные понятия. Мой отец, не ставивший его ни в грош, говорил, когда особенно был им недоволен: - Quel jeu interessant de la nature I видеть на плечах Николаши,- и при этом старик поднимал свои собственные,- голову персидского шаха! Так, как его старший брат не мог ни на минуту обдосужиться весь свой век и постоянно что-нибудь делал, так Николай Павлович всю жизнь решительно ничего не делал. В юности он не учился; лет двадцати трех он уже был женат, и это презабавным образом. Он увез сам себя. В.пюбившись в бедную и незнатную девушку, чрезвычайно милую грёзовскую головку или севрскую 1 Какая занятная игра природы ( франц.). 187
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==