кругом пойдут. Ты лучше свези к нему все эти буl\lаги, да пусть он прежде на маржах 1 поставит свои замечания. Дни через два Голохвастов прпехал сам; он, как большой формалист, перепугался больше меня беспорядка, а как классик, выразился об этом так: «mais, топ cher, c'est le testament d'Alexandre le Grand» 2 *. Мой отец, как всегда в подобных случаях бывало, представил себя вдвое больше больным, говорил Го.:юхвастову косвенные колкости, потом обнял его, тронул щекой его щеку, и семейное Кампо-Формио * было заключено. Насколько мы могли, мы уговорили старика переменить редакцию его прибавлений и сделать одну записку. Оп сам хотел ее написать и не кончил в продолжение шести месяцев. Вслед за разделом явплся, естественно, вопрос, кто же поступает на волю и кто нет? Что касается до денежного награ:ждеrшя, я уговорил моего отца определить суыму; после долгr1х прений он назначил три тысячи рублей серебром. Голохвастов объявил людям, что, нс зная, кто именно с.1ужил в доме и как, он лредостав .'Iяет мне разбор их прав. Я нача:r с того, что поместил в список всех до одного из служивших в доме. Но когда разнесся слух о моем листе, на меня хлынули со всех сторон какие-то дворовые прошлых поколений, с дурно бритыыи седымп подбородками, плешивые, обтерханные, с тем неверным качанием головы и трясением рук, которые приобретаются двумя-тремя десятками лет пьянства, старухи, сморщившиеся и в чепцах с огромными оборками, заочные крестники и крестницы, о христианском существовании которых я не имел понятия. Одних из этих людей я совсем не видывал, других пом1-ш.1 как во сне; наконец явились и такие, о которых я наверно знал, что они никогда не служили у нас в доме, а вечно ходили по паспорту, другие когда-то жили, и то не у нас, а у Сенатора, или пребывали спо1 на полях (от франц. тагgе). 2 но, дорогой мой, это завещание Александра Великого ( франц.). 183
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==