екай, но и отчасти правительстве.чной. Это большая новость в русской литературе. У нас рабство или ыолчит, берет взятки и плохо знает грамоту, или, пренебрегал прозой, берет аккорды на верноподдаю-111чсской ларе. Булгарин с Гречем не идут в пример: они IIШiOPO нс надули, их ливрейную кокарду никто не прп11яJ1 за отirичительный знак мнения. Погодив и Шевырсв, издатели «Москвитянина», совсем напротив, были добросовестно раболепны. Шевырев,- не знаю отчего, может, увлеченный своим предком, который середь пыток и мучений, во времена Грозного, пел псалмы и чуть не молился о продолжении дней свирепого старика; Погодин - из ненависти к аристократии. Бывают времена, в которые люди мысли соединяются с властью, но это только тогда, когда власть ведет вперед, как при Петре I, защищает свою сторону, как в 1812 году, врачует ее раны и дает ей вздохнуть, как при Генрихе IV и, может быть, при Александре II 1 • Но выбрать самую сухую и ограниченную эпоху русского самовластья и, опираясь на батюшку царя, вооружаться против частных злоупотреблений аристократии, развитой и поддержанной той же царской властью, нелепо и вредно. Говорят, что, защищаясь преданностью к царскоii власти, можно смелее говорить правду. Зачем же они ее не говорили? · Погодин был полезный профессор, явившись с новыми силами и с не новым Гереном * на пепелище русской истории, вытравленной и превращенной в дым и прах Каченовским. Но как писатель он имел мало значения, несмотря на то, что он писал все, даже Гец фон Берлихингена по-русски *. Его шероховатый, неметеный слог, грубая манера бросать корноухие, обгрызанные отметки и нежеваные мысли, вдохновил меня как-то в старые годы, и я написал в подражание ему небольшой отрывок из «Путевых записок Вёдрина» *. Строганов (попечитель), читая их, сказал: - А ведь Погодин, верно, думает, что он это в самом деле написал. 1 Писано в 1855 году. (ПpUJ,t. А. И. Герцена.) 165
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==