ный климат Восточной Сибири, под еще страшнейший гнет тамошней .полиции. Сестры, не имевшие права ехать, удалялись от двора, многие оставили Россию; почти все хранили в душе живое чувство любви к страдальцам; но его не было у мужчин, страх выел его в их сердце, никто не смел заикнуться о несчастных. Коснувшись до этого предмета, я не могу удержаться, чтоб не сказать несколько слов об .одной из этих героических историй *, которая очень мало известна. В старинном доме Ивашевых жила молодая француженка гувернантой *. Единственный сын Ивашева * хотел на ней жениться. Это свело с ума всю родню его: гвалт, слезы, просьбы. У француженки не было налицо брата Чернова, убившего на дуэли Новосильцева и убитого им *; ее уговорили уехать из Петербурга, его - отложить до поры до времени свое намерение. Ивашев был одним из энергических заговорщиков; его приговорили к вечной каторжной работе. От этой mesalliance 1 родня не спасла его. Как только страшная весть дошла до молодой девушки в Париж, она отправилась в Петербург и попросила дозволения ехать в Иркутскую губерН11ю к своему жениху Ивашеву. Бенкендорф попытался отклонить ее от такого преступного намерения; ему не удалось-· и он доложил Николаю. Николай велел ей объяснить положение жен, не изменивших мужьям, сосланным в каторжную работу, присовокупляя, что он ее не держит, но чтс она должна знать, что если жены, идущие из верности с своими мужьями, заслуживают некоторого снисхождения, то она не имеет на это ни малейшего права, сознательно вступая в брак с преступником. Она и Николай сдержали слово: она отправилась в Сибирь - он ничем не облегчил ее судьбу. Царь был строг, но справедлив. В крепости ничего не знали о позволении, и бедная девушка, добравшись туда, должна была ждать, пока начальство опишется с Петербургом, в каком-то местечке, населенном всякого -рода бывшими преступни1 неравного брака (франц.). 58 ..
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==