делами целого народа, знакомства их были, так сказать; безличные. Месяцы проходили - и ни одного слова о том, о чем хотелось говорить . ... А между тем я тогда едва начинал приходить в себя, оправляться после ряда страшных событий, несчастий, ошибок. История последних годов моей жизни представлялась мне яснее и яснее, и я с ужасом видел, что ни один человек, кроме меня, не знает ·ее 11 что с моей смертью умрет и истина. Я решился пи~ать; но одно воспоминание вызывало сотни других, все старое, полузабытое воскресало - отроческие мечты, юношеские надежды, удаль молодости, тюрьма и ссылка 1 - эти ранние несчастия, не оставившие никакой горечи на душе, пронесшиеся, как вешние грозы, освежая и укрсш1яя своими ударами молодую жизнь. Я не имел сил отогнать эти тени,- пусть они свет· лыми ·сенями, думалось мне, встречают в книге, как было на самом деле. И я стал писать с начала; пока я писал две первые части, прошли несколько месqцев поспокойнее ... Цепкая живучесть человека всего более видна в невероятной силе рассеяния и себяоглушения. Сегодня пусто, вчера страшно, завтра безразлично; челове¼ рассеивается, перебирая давно прошедшее, играя н1 собственном кладбище ... Лондон.. 1 .мал 1854 г. Перевод ПРЕДИСЛОВИЕ Для того, чтобы написать свои воспоминания, вовсе не нужно быть великим человеком или видавшим виды авантюристом, прославленным художником или госу• дарственным деятелем. Вполне достаточно быть просто человеком, у которого есть что рассказать и который может и хочет это сделать. 1 Рассказ о «Тюрьме и ссылке» составляет вторую часть запи• сок. В нем всего меньше речи обо мне, он мне показался именно потому занимательнее для публшш. ( При"н. А. И. Герчен.а.) 399
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==