. . этому бедному малютке, с тех пор как он родился, никтс еще не подарил ничего. Я с умилением взглянул на эту потерянную женщину и дружески пожал ей руку. Охотники до реабилитации всех этих дам с каме~ лиями и с жемчугами лучше бы сделали, если б оставили в покое бархатные мебели и будуары рококо и взглянули бы поближе на несчастный, зябнущий, го .1одный разврат,- разврат рокооой, который насильно влечет свою жертву по пути гибели и не дает ни опоl\1nиться, ни раскаяться. Ветошники чаще в уличных канавах находят драгоценные камни, чем подбирая блестки мишурного платья. Это мне напомнило бедного умного переводчика «Фауста», )Керар-де-Нерваля, который застреJ1ился в прошлом году. Он в последнее время дней по пяти, по шести не бывал дома. Открыли, наконец, что он проводит время в самых черных харчевнях возле застав, вроде Поль Нике, что он там перезнакомился с ворами и со всякой сволочью, поит их, играет с ними в I<арты и иногда спит под их защитой. Его прежние приятели стали его уговаривать, стыдить. Нерваль, добродушно защищаясь, раз сказал им: «Послушайте, друзья мои, у вас страшные предрассудки; уверяю вас, что общество этих людей вовсе не хуже всех остальных, в которых я бывал». Его подозрева.1IИ в сумасшествии; после этого, я думаю, подозрение перешло в достоверность! Роковой день приближался, все становилось страшнее и страшнее. Я смотрел на доктора и на таинственное лицо бабушки с подобострастием. Ни Наташа, ни я, ни наша молодая горничная не смыслили ничего; по счастию, к · нам из Москвы приехала, по просьбе моего отца, на это время одна пожилая дама, умная, практическая и распорядительная. Прасковья Андреевна *, видя нашу беспомощность, взяла са1\Юдержавно бразды правления, я повиновался, как негр. · Раз ночью с.пышу, чья-то рука коснулась меня, от:. крываю глаза, Прасковья Андреевна стоит передо мнои 25 А. И. Герцен, т. 4 385
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==