ему была воля вольная. Новый дом был печален, он напоминал тюрьму или больницу; нижний зтаж был со сводами, толстые стены придавали окнам вид крепостных амбразур; кругом дома со всех сторон был ненужной величины двор. В сущности, скорее надобно дивиться - как Сенатор мог так долго жить под одной крышей с моим отцом, чем тому, что они разъехались. Я редко видал двух человек более противуположных, как они. . Сенатор был по характеру человек добрый и любивший рассеяния; он провел всю жизнь в мире, освещенном лампами, в мире официально-дипломатическом и придворно-служебном, не догадываясь, что есть другой мир, посерьезнее,- несмотря даже на то, что все события с 1789 до 1815 не только прошли возле, но зацеплялись за него. Граф Воронцов посылал его к лорду Гренвилю, чтоб узнать о том, что предпринимает генерал Бонапарт, оставивший египетскую армию: Он был в Париже во время коронации Наполеона. В 1811 году. Наполеон велел его остановить и задержать в Касселе, где он был послом «при царе Ерёме» *, как выражался мой отец в минуты досады. Словом, он был налицо при всех огромных происшествиях последнего времени, но как-то странно, не так, как следует. Лейб-гвардии капитаном Измайловского полка он находился при миссии в Лондоне; Павел, увидя это в списках, велел ему немедленно явиться в Петербург. Дипломат-воин отправился с первым кораблем и явился на развод. . - Хочешь оставаться в Лондоне? - спросил сиплым голосом Павел. - Если вашему величеству угодно будет мне позволить,- отвечал капитан при посольстве. - Ступай назад, не теряя времени,- ответил Павел сиплым голосом, и он отправился, не повидавшись даже с родными, жившими в Москве. Пока дипломатические вопросы разрешались штыками и картечью, он был посланником и заключил свою дипломатическую карьеру во время Венского конгресса, этого светлого праздника всех дипломатий. Возвратившись в Россию, он был произведен в действительные 28
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==