принял потому, что сам царь предлагал ему, ободрял его, поддерживал. У кого не закружилась бы голова? .. Где эти трезвые люди, умеренные, воздержные? Да если и есть, то они не делают колоссальных проектов и не заставляют «говорить каменья»! Само собою разумеется, что Витберга окружила толпа плутов, людей, принимающих Россию - за аферу, службу- за выгодную сделку, место - за счастливый случай нажиться. Не трудно было понять, что они под нога~и Витберга выкопают яму. Но для того чтоб он, упавши в нее, не мог из нее выйти, для этого нужно было еще, чтоб к воровству прибавилась зависть одних, оскоrбленное честолюбие других. Товарищами Витберга в комиссии были: митрополит Филарет, московский генерал-губерна'1ор *, сенатор _ Кушников; все они вперед· были разобижены товариществом с молокососом, да еще притом смело говорящим свое мнение и возражающим, ecJiи не согласен. Они помогли запутать его, помогли оклеветать и хладнокровно погубили потом. Этому способствовало сначала падение мистического министерства * князя А. Н. Голицына, потом смерть Александра. Вместе с министерством Голицына пали масонство, библейские общества, лютеранский пиетизм, которые в лице Магницкого в Казани и Рунича в Петербурге дошли до безграничной уродливости, до диких преследований, до судорожных плясок, до состояния кликуш и бог знает каких чудес. С своей стороны, дикое, грубое, невежественное православие взяло верх. Его проповедовал новогородский архимандрит Фотий, живший в какой-то - разумеется, не телесной - близости с графиней Орловой. Дочь знаменитого Алексея Григорьевича, задушившего Петра III, думала искупить душу отца, отдавая Фотию и его обители большую часть несметного именья, насильственно отнятого у монастырей Екатериной*, и предаваясь неистовому изуверству. Но в чем петербургское правительство постоянно, чему оно не. изменяет, как бы ни менялись его начала, его религия,- это несправедливое гонение и преследо284
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==