ходить. Проезд наследника спас меня от его преследований, как мы увидим после. Притом необходимо заметить, что я решительно ни-· чего не сделал, чтоб заслужить сначала его внимание и приглашения; потом гнев и немилость. Он не мог вынести во мне человека, державшего себя независимо, но вовсе не дерзко; я был с ним всегда еп regle 1 , он требовал подобострастия. Он ревниво любил свою власть, она ему досталась трудовой копейкой, и он искал не только повиновения, но вида беспрекословной подчиненности. По несчастию, в это~1 он был национален. · Помещик говорит слуге: «Молчать! .Я нс потерплю, чтоб ты мне отвечал!» Начальник департамента замечает, бледнея, чиновнику, делающему возражение: «Вы забываетесь, знаете ли вы, с кем вы говорите?» Государь «за мнения» посылает в Сибирь, за стихи морит в казематах - и все трое скорее готовы простить воровство и взятки, убийство и разбой, чем наглость человеческого достоинства и дерзость независимой речи. Тюфяев был настопщий царский слуга, его оценили, но мало. В нем византийское рабство необыкновенно хорошо соединялось с канцелярским порядком. Уничтожение себя, отречение от воли и мысли перед властью шло неразрывно с суровым гнетом подчиненных. Он бы мог быть статский Клейнмихель, его «усердие» точно так же превозмогло бы все *, и он точно так же штукатурил бы стены человеческими трупами, сушил бы дворец людскими легкими, а молодых людей инженерного корпуса сек бы еще больнее за то, что они не доносчики. У Тюфяева была живучая, затаенная ненависть ко всему аристократическому, ее он сохранил от горьких испытаний. Для Тюфяева каторжная канцелярия Аракчеева была первой гаванью, первым освобождением. Прежде начальники не предлагали ему стула, употреблял}l его на мелкие комиссии. Когда о_н служи.11 по 1 строго корректен ( франц.). 251
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==