Несколько из прощенных кивнули головой, да и то украдкой глядя на нас. Мы стояли, сложа руки, нисколько rre показывая вида, что сердце наше тронуто царской и княжеской МИ.'IОСТЬЮ. Тогда Шубинский выдумал другую уловку и, обращаясь к Огареву, сказал: - Вы едете в Пензу, неужели вы ду~аете, что это случайно? В Пензе лежит в параличе ваш отец, князь просил государя вам назначить этот город для того, чтоб ваше присутствие сколько-нибудь el\1y облегчило удар вашей ссылки. Неужели и вы не находите причины благодарить князя? Делать было нечего, Огарев слегка поклонился. Вот из чего они бились. Добренькому старику это понравнлось, и он, не знаю почему, вслед за тем позвал ме1ш. Я вышел вперед с святейшим намерением, что бы он и Шубинский ни говори.1и, не благодарить; I{ тому же мс1ш посылали дальше всех и в самый скверный город. - А вы едете в Пермь,- сказал князь. Я ыо.пчал. Князь срезался и, чтоб что-нибудь сказать, прибапил: У меня там есть имение. Вам угодно что-нибудь поручить через меня вашему старосте? - спросил я, улыбаясь. Я таким людям, как вы, ничего не поручаю - карбонариям,- добавил находчивый князь. Что же вы желаете от меня? Ничего. Мне показалось, что вы менн позвали. Вы можете идти,- перервал Шубинский. Позвольте,- возразил я,- благо я здесь, вам напомнить, что вы, полковник, мне говорили, когда я был в последний раз в комиссии, что меня никто не uбвиняет в деле праздника, а в приговоре сказано, что я один из виновных по этому делу. Тут какая-нибудь ошибка. - Вы хотите возражать на высочайшее решение? - заметил Шубинский.- Смотрите, как бы. Пермь ,не. 216
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==