Aleksandr Herzen - Byloe i dumy : časti 1-3

вило в возможность узнать, в чем дело, а может, и помочь. Он жил страшно ·далеко, на даче за Воронцовским полем; я.сел на первого извозчика и поскакал к нему. Это был час седьмой утра. Года за полтора перед тем познакомились мы с В. *, это был своего рода лев в Москве. Он воспитывался в Париже, был богат, умен, образован, остер, вольнодум, сидел в Петропавловской крепости по делу 14 декабря и был в числе выпущенных; ссылки он не испытал, но слава осталась при нем. Он служил и имел большую силу у генерал-губернатора. Князь Голицын любил людей с свободным образом мыслей, особенно если они его хорошо выражали по-французски. В русском языке князь был не силен. В. был лет десять старше нас и удивлял нас своими практическими заметками, своим знанием политических дел, своим французским красноречием и горячностью своего либерализма. 011 знал так много и так подробно, рассказывал так ми.10 и так плавно; мненr1я его были так твердо очерчены, на все был ответ, совет, разрешение. Читал он всё - новые романы, трактаты, журналы, стихи и, сверх того, сильно занимался зоологией, писал прое-кты для князя и составлял планы для детских книг. Либерализм его был чистейший, трехцветно·й воды, левого бока между .Могеном и генералом Ламарком. Его кабинет был увешан портретами всех революционных знаменитостей, от Гемпдена и Бальи до Фиески и Арман Кареля. Целая библиотека зап.решенных книг находилась под этим революционным иконостасом. Скелет, несколько набитых птиц, сушеных амфибий и моченых внутренностей - набрасывали серьезный колорит думы и созерцания на слишком горячительный хара:пер кабинета. Мы с завистью посматривали на его опытность и знание людей; его тонкая ироническая манера возражать имела на нас большое влияние. Мы на него смотрели как на делового революционера, как на государст~енног·о человека in spe ·1 • 1 в будущем (лат.). 173

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==