Содержась в Шлюссельбурге, Пассек женился на дочери одного из офиuеров тамошнего гарнизона. Молодая девушка знала, что дело кончится дурно, но не остановилась, устрашенная ссылкой. Сначала они в Сибири кой-как перебивались, продавая последние вещи, но страшная бе,L,.ность шла неотразимо и тем скорее, что семья росла числом. В нужде, в работе, лишенные теплой Jдежды, а иногда насущного хлеба. они умели выходить, вскормить uелую семью львенков; отеu переда"1 им неукротимый и гордый дух свой, веру в себя, тайну великих несчастий, он воспитал их примером, мать - самоотвержением и гарью.ми слезами. Сестры не уступали братьям в героической твердости. Да чего бояться слов,- это была семья героев. Что они все вынесли друг для друга, что они делали для семьи - невероятно, и всё с поднятой головой, нисколько не сломившись. . . В Сибири у трех сестер была как-то одна пара башмаков; они ее берегли для прогулкI--,, чтоб посторонние не видали крайности. В начале 1826 года Пассеку было разрешено возвратиться в Россию*. Дело было зимой; шутка ли подняться с такой семьей без шуб, без денег из Тобольской губернии, а с другой стороны, сердuе рвалось - ссылка всего невыносимее после ее окончания. Поплелись наши страдальuы кой-как; кормилиuа-крестьянка, кормившая кого-то- из детей во время болезни матери, принес~1а свои деньги, кой-как сколоченные ею, им на дорогу, прося только, чтоб и ее взяли; ямщики провезли их до русской граниuы за бесuенок или даром; часть семьи шла, другая ~хала, молодежь сменялась, так они перешли дальний зимний путь от Уральского хребта до Москвы. Москва была мечтою молодежи, их надеждой - там их ждал голод. Правительство, прощая Пассеков, и не думало им возвратить какую-нибудь дол:о именья. Истощенный усилиями и лишениями, старик слег в постель; не знали, чем будут обедать завтра. В это время Нико"1ай праздновал свою коронаuию *, ·пиры следовали за пирами, Москва была похожа на тяжело убранную бальную залу, везде огни, щи_ты, на14()
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==