Так играл в оппозицию московский митрополит. Молебствие так же мало помогло от заразы, как хлористая известь; болезнь увеличивалась. Я был все время жесточайшей холеры 1849 в Париже. Болезнь свирепствовала страшно. Июньские жары ей поыоrали, бедные люди мерли, как мухи; мещане бежали из Парижа, другие сидели назаперт11. Правительство, исключительно занятое своей борьбой против революционеров, не думало брать деятельных мер. Тщедушные коллекты 1 были несоразмерны требованиям. Бедные работники оставались покинутыми на произвол судьбы, в больницах не было довольно кроватей, у полиции не было достаточно гробов, и в домах, битком набитых разными семьями, тела оставались дни по два во внутренних комнатах. В Москве было не так. Князь Д. В. Голицын, тогдашний генерал-губернатор, человек слабый. но благородный, образованный и очень уважаемый, увлек московское общество, и как-то все уладилось по-домашнему, то есть без особенного вмешательства правительства. Составился комитет из почетных жителей - богатых помещиков и купцов. Каждый член взял себе одну из частей Москвы. В несколько дней было открыто двадцать больниц, они не стоили правительству ни копейки, все было сделано на пожертвованные деньги. Купцьr давали даром все, что нужно для больниц,- одеяла, белье и теплую одежду, которую оставляли выздоравливавшим. Молодые люди шли даром в смотрители больниц для того, чтоб приношения не были наполовину украдены служащими. Университет не отстал. Весь медицинский факультет, студенты и лекаря en masse 2 привели себя в распоряжение холерного комитета; их разослали по болью-1uам, и они остались там безвыходно до конца заразы. Три или четыре месяца эта чудная молодежь прожи.1а в больницах ординаторами, фельдшерами, сиделками, письмоводителями,- и все это без всякого вознаграждения и притом в то время, когда так преувели1 сборы пожертnований (от франц. collecte). 2 в полном составе ( франц.). 133
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==