тюры1а и ссылка - эти ранние несчастия, не оставившие никакой горечи на душе, пронесшиеся, как вешние ~;розы, освежая и укрепJ1яя своими ударами молодую жизнь». Этот раз я писал не для того, чтобы выиграть время,- торопиться было некуда. Когда я начинал новый труд, я совершенно не помнил о существовании «Записок одного молодого человека» и как-то с.пvчайно попал на них в Bгitish .Museum'e 1 , перебирая русские журналы. Я велел их списать и перечитал. Чувство, возбужденное ими, было странно: я так ощутителы-10 увидел, наrколько я со~тарелся в эти пятнадцать лет, что на первое время это потрясло меня. Я играл еще тогда жизнию и самим счастием. как будто ему и конца не было. Тон «Записок одного молодого человека» до того был розен, что я не мог ничего взять из них; они принадлежат молодому времени, они должны остаться сами по себе. Их утреннее освещеиие нейдет к моему вечернему труду. В них много истинного, но много также и шалости; сверх того, на них остался очевидный для меня след Гейне, которого я с увлечением читал в Вятке. На «Былом и ду-_ мах» видны следы жиз1ш и больше никаких следов не видать. Мой труд двигался медленно ... много надобно времени д.:1Я того, чтобы иния быль отстоялась в прозрачную думу -- неутешительную, грустную, но примиряющую пониманием. Без этого может быть искренность, но не может быть истины! . Неско.чько опытов мне не удались,- я их бросил. Наконец, перечитывая нынешним летом одному из друзей юности * моп последние тетради, я сам узнал знакомые черты и остановился... труд мой был кончен! -Очень может быть. что я далеко переценил его, что в этих едва обозначенных очерках схоронено так много тольJ<,о для меня одного; может,- я гораздо больше читаю, чем написано; сказанное будит во мне сны. служит иероглифом, к которому у меня есть ключ. Может, я 1 Британском музее (англ.). 9
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==