на житье в Петербург. Долго об нем иичеrо не было слышно, как вдруг разнесся слух, что он женился. Ему было за шестьдесят лет тогда, и все знали, что. сверх совершеннолетнего сына, у него были другие дети. Он именно женился на матери старшего сына; «молодой» тоже было за пятьдесят. Этим браком он «привенчал», как говорили встарь, своего сына. Отчего же не всех детей? Мудрено было бы сказать отчего, если б главная цель, с которой он все это делал, была неизвестна; он хотел одного - лишить своих братьев наследства, и этого он достигал вполне «привенчиванием» сына. В известное наводнение 1824 года старика залило ЕО· дой в карете, он простудился, слег и в начале 1825 года умер. О сыне носились странные слухи: говорили, что он был нелюдим, ни с кем не знался, вечно сидел один, занимаясь химией, проводил жизнь за микроскопом, читал даже за обедом и ненавидел женское общество. Об нем сказано в «Горе от ума»: - Он химик, он ботаник, J<нязь Ф~пор. наш племянник, От женщин бегает и даже от меня•. Дяди, перенесшие на него зуб, который имели против отuа, не называли его иначе, как «Химик», придавая этому слову пориuательный смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека. Отец перед смертию страшно тес!"Iил сына, он не только оскорб.,ял его зрелищем седого отuовского разврата, разврата uинического, но просто ревновал его к своей серали. Химик раз хотел отделаться от этой неблагородной жизни лауданумом; его спас случайно товариш, с которым он занимался химией. Отеu перепугался и перед смертью стал смирнее с сыном. После смерти отца Химик дал отпускную несчастным одалискам, уменьши.JJ наполовину тяжелый оброк, положенный отuом на крестьян, простил недоимки и даром отда~1 рекрутские квитанции, которые продавал им старик, отдавая дворовых в солдаты. 110
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==