летворительно. Понять всю ширину и действительность, понять всю святость прав личности - и не разрушить, не раздробить на атомы общество, самая трудная социальная задача. Ее разрешит, вероятно, сама история для будущего, в прошедшем она никогда не была разрешена. Новое учение продолжало борьбу со старым не в народных движениях, не переворотами - но в мире литературно образованном. Старая наука, вовлеченная в злую полемику, не была в авантаже. Умы свежие, деятельные, сочувствующие с веком, оставляли ее, одни - по убеждению в истине новых учений, другие - видя недостаточность прежних. Старая наука вскоре увидела опасность. У нее было много поклонников, она была государственная, официальная, мещанская наука. Жадная и скупая посредственность ухватилась за прежнюю политическую экономию. Неглубокая сама по себе, наука Мальтюса и Сея измельчала, выродилась в торговую смышленость, в искусство с наименьшей тратой капитала производить наибольшее число произведений и обеспечивать им наивыгоднейший сбыт. Наука дала им в руки кистень, который бьет обоими концами бедного потребителя: в одну сторону уменьшением платы, в другую - поднятием цен на произведения. Во время Реставрации, когда социальные идеи были чистой мечтой, далекой, I<ак Атлантида Моруса * - буржуазия либеральничала с своей политической экономией, да и как ей было не либеральничать? все перевороты, все несчастия Франции принесли плоды только среднему состоянию. Июльская революция испугала ее - республикой. Она тотчас нашла своего мещанина-короля. Но когда проповеди улицы Менильмонтань стали комментироваться лионскими и парижскими работниками*, когда страшная хоругвь с надписью «Vivre en travaillant ou mourir еп combattantl» 1 - мрачно прогулялась по площади, когда все это вместе грозило испортить хозяйство и спутать приходо-расходные книги, буржуазия 1 Жить, работая, или умереть, сражаясь! (франц.) 5 А. И. Герцен., т. 3 65
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==