• V ЛИТЕРАТУРА И ОБЩЕСТВЕННОЕ 1\1ПЕПИЕ ПОСЛЕ 14 ДЕКАБРЯ 1825 ГОДА Двадцать пять лет, которые следуют за 14 (26) деI<абря, труднее характеризовать, нежели весь истекший период со времени Петра I. Два противоположных течения,- одно на поверхности, а другое в глубине, где его едва можно различить,- приводят в замешательство наблюдателя. С виду Россия продолжала стоять на месте, даже, казалось, шла назад, но в сущности все приниr.~а.ло новый облик, вопросы становились все сложиее, а решения менее простыми. На поверхности официальной России, «фасадной империи», видны были только потери, жестокая реакция, бесчеловечные преследования, усиление деспотизма. В окружении посредственностей, солдат для парадов, балтийских немцев и диких консерваторов виден был Николай, подозрительный, холодный, упрямый, безжалостный, лишенный величия души,- такая же посредственность, как и те, что его окружали. Вслед за ним располагалось высшее общество, которое при первом ударе грома, разразившегося над его головой после 14 декабря, растеряло слабо усвоенные понятия о чести и достоинстве. Русская аристократия уже не оправилась в царствование Николая, пора ее цветения прошла; все, что было в ней благородного и великодушного, томилось в рудниках или в Сибири. А то, что 455
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==