уносившей людеi'r так стремнтелыю, что пс хватало даже времени привыкнуть к их чертам, уцелела, по глубочайшей ирошш судьбы, лишь одна личность: то был начальник тайной канцелярии Бестужев,- этот почтенный сановник сохранил свое место наперекор всем переворотам и имел таким образом возможность допрашивать, пытать н казнить всех своих друзей, всех своих благодетелей и всех своих врагов. Можно ли после этого думать, чтобы народ в светских владыках мог видеть владык православной церкви? Нс 11адо забывать, что, помимо политических интриг, тот во,1ьный то11, которыi'I ввел Петр I и который так был et\ty к л11цу, перейдя ко двору, вскоре превратился n грязное распутство и в грубые излишества. Дочь Петра I Елизавета, еще будучи великою княжною, проводила ночи в оргиях с гренадерами императ9рской гвардии и разгуливала с ними по Летнелtу саду. В их обществе она наст9лько привыкла к крепким напиткам, что, став императрицей, напивалась каждый день. Саыые важные дела останавливались, посланники нс .t\lorли добиться аудиенции целыми неделями, когда у 1:ее ни на мгновение не просветлялась rо:юва. Императр11uа Анна жила по-супружескп с бывшим своим конюхом Бироном, которого она сделала герцогом Курляндс,шм. Регентша Анна Брауншвейгская летом спала со своим любовш1ком на освещенном балконе дворца ... Среди этой скандальной эпопеи восшествий на престол и падений, среди эт01'i оргии свирепого деспотизма, схватнвшегося с раболепной олигархией, которая распоряжалась русской короной, как евнухи Вое-сочной Римской империей, был лишь один политический проблесккогда императрице Анне продиктовали условия вступления на престол. Анна принесла присягу, согласилась на все, но тут же, поддержанная немецкой партией, возглавляемой Бироном, разорвала хартию и приказала умертвить всех, кто хотел ограничить императорскую власть. Между немцами и их приверженцами, с одной стороны, и русскими сановниками, окружавшими 421
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==