Я очень рад, что коснулся этого смутного вопроса, этой самой прочной цепи из всех, которыми человек скован; самой прочной потому, что он или не чувствует се насилия, или, еще хуже, признает ее безусловно спраБедливой. Посмотрим, не перержавела ли и она? Подчинение личности обществу, народу, человечеству, идее - продолжение человеческих жертвоприношений, заклание агнца для примирения бога, распятие невинного за виновных. Все религии основывали нравственность на покорности, то есть на добровольном рабстве, потому они и были всегда вреднее политического устройства. Там было насилие, здесь разврат воли. Поrсорность значит с тем вместе перенесение всей самобытности лица на всеобщие, безличные сферы, не зависимые от него. Христианство, религия противоречий, признавало, с одной стороны, бесконечное достоинство лица, как будто для того, чтоб еще торжественнее погубить его перед искуплением, церковью, отцом небесным. Его воззрение проникло в нравы, оно выработалось в целую систему нравственной неволи, в целую искаженную диалектику, чрезвычайно последовательную себе. Мпр, становясь более светским или, лучше сказать, приметив наконец, что он в сущности такой же спетскнй, как и был, примешал свои элементы в христианское нравоучение, но основы остались те же. Лицо, нстинная, дейстпительная монада общества, было всегда пожертвовано какому-нибудь общему понятию, собирательному имени, какому-нибудь знамени. Для кого работали, кому жертвовали, кто пользовался, ,кого освобождали, уступая свободу лица, об этом никто не спрашивал. Все жертвовали (по крайней мере на словах) самих себя и друг друга. Не место здесь разбирать, насколько неразвитость народов оправдывала такие меры воспитания. Вероятно, они были естественны и необходимы, мы их встречаем везде, но мы можем смело сказать, что если они и привели к великим результатам, то наверное настолько же замедлили ход развития, искажая ум ложным представлением. Я вообще мало верю в пользу лжи, особенно 23* 355
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==