одеться, но выдержать себя и в этой перемене. Разве вельможи Екатерины оттого, что они приобрели все изящество, всю утонченность версальских форм (до чего никогда не могли дойти немецкие гранды), не остались по всему русскими барами, со всею удалью национального характера, с его недостатками и с его разметистостью? в них иностранного ничеr-о не было, кроме выработанной формы, и они овладели этой формой еп maitre 1 • Разве дети их, герои 1812, не бы.1и русские, вполне русские? Кто будет возражать,- тому я пальцем покажу через улицу Elysee Bourbon, где жил император Александр *. А ведь вся эта екатерининская эпоха, о которой вспоминали, покачивая головой, деды наши, и всё время Александра, о котором вспоминали, покачивая головой, наши отцы, принадлежат «к иностранному периоду», как говорят славянофилы, считающие все обшечеловеческое иностранным, все образованное чужеземным. Они не понимают, что новая Русь - была Русь же, они не понимают, что с петровского разрыва на две Руси начинается н·аша настоящая история; при многом скорбном этого разъединения, отсюда все, что у нас есть - смелое государственное развитие, выступление на сцену Руси, как политич~ской личности, и выступление русских личностей в народе; русская мысль приучается высказываться, является литература, является разномыслие, тревожат вопросы, народная поэзия вырастает из песен Кирши Данилова в Пушкина ... Наконец самое сознание разрыва идет из той же возбужденности мысли; близость с Европой ободряет, развивает веру в нашу национальность, веру в то, что народ отставший, за которого мы отбываем теперь историческую тягу и которого миновали и наша скорбь и наше благо, что он не только выступит из своего древнего быта, но встретится с нами, перешагнувши петровский период. История этого народа в будущем; он доказал свою способность тем меньшинством, которое истинно пошло по указаниям Петра,- он нами это доказал! .. 1 мастерски ( франц.). 25
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==