Aleksandr Herzen - Pisʹma iz Francii i Italii; S togo berega; O razvitii revoljucionnych idej v Rossii

Кто не помнит своего логического романа, кто не помнит, как в его душу попала первая мысль сомнения, первая смелость исследования-и как она захватила потом более и более и дотрагивалась до святейших достояний души? Это-то и есть страшный суд разума. Казнить вероваuия не так легко, как кажется, трудно расставаться с мыслями, с которыми мы выросли, сжились, которые нас лелеяли, утешали - пожертвовать ими кажется неблагодарностью. Да, но в этой среде, в которой стоит трибунал, там нет благодарности, там неизвестно святотатство, и если революция, как Сатурн, ест своих детей, то отрицание, как Нерон убивает свою мать, чтоб отделаться от прошедшего*. Люди боятся своей логики и, опрометчиво вызвав перед ее суд церковь и государство, семью и нравственность,­ добро и зло - стремятся спасти клочки, отрывки старого. Отказываясь от христианства, берегут бессмертие души, идеализм, провидение. Люди, шедшие вместе, тут расходятся, одни идут направо, другие налево; одни замирают на полдороге, как верстовые столбы, показывая, сколько пройдено, другие бросают последнюю ношу прошедшего и идут бодро вперед. Переходя из старогu мира в новый, ничего нельзя взять с собою. Разум беспощаден, как Конвент, нелицеприятен и строг, он ни на чем не останавливается и требует на лавку подсудимых самое верховное бытие, для доброго короля теологии настает 21 января *. Этот процесс, как процесс Людовика XVI,- пробный камень для жирондистов; все слабое, половинчатое или бежит, или лжет, не подает голоса, или подает без веры. Между тем люди, произнесшие приговор, думают, что, каз1-швши короля, нечего больше казнить, что 22 января республика готова и счастлива. К:ак будто достаточно атеизма, чтоб не иметь религии, как будто достаточно убить Людовика XVI, чтоб не было монархии. Удивительное сходство феноменологии террора и логики. Террор именно начался после казни короля, вслед за ним явились на помосте благородные отроки революции *, блестящие, красноречивые, слабые. )К:аль их, но спасти невозможно, и головы их пали, а за ними покатилась львиная голова Дантона и голова баловня рево272

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==