тому что они живут вместе, потому что их разумно нельзя отвергнуть. Разум действительно обязателен, и логика вовсе не зависит от капризов и, несмотря на это, нет ничего противуположнее авторитету, как логика. Республика, которая требует больше этих неоспоримых, необходимых условий, перестает быть республикой или еще находится в развитии; такая республика должна иметь инициативу в правлении, а не в людях, что именно составляет начало монархии. Оттого в монархиях управление так трудно и сложно, оно представляет не форму для общей деятельности, а самую деятельность; оно заменяет здравый смысл и волю подданных, считаемых за недорослей и дураков. Чем свободнее лицо, община, город, провинция, тем меньше дела государству; три четверти труда, обременяющего ныне правительства, будут делаться сами собой, без всякого участия и ведения центрального управления. Монархическая власть принимает добровольно эту ношу на свои плечи, она этим хранит и упрочивает свою власть над • подданными . . Монархия основана на дуализме. Правительство никогда не должно, не может совпасть с народом. Правительство - провидени~, священный чин, творящий дух; народ - страдательная масса, послушное стадо доброго пастыря. Монархия по преимуществу теократия, она держится на божественном праве, она всегда поддерживала религию, и религия всегда поддерживала монархию. Без Иеговы, IОпитера - нет царя, земной царь предполагает небесного. И отчего же в самом деле людям не повиноваться одному, когда природа, когда вся вселенная повинуется богу? В монархии, как в религии, не может быть речи о нравственности; повиновение, снимая ответственность, снимает с тем вместе и нравственность; авторитет отрицает человеческое достоинство и самобытность так, как верование отрицает мышление. В монархии одно лицо государя нравственно, потому что оно свободно. Внутреннее начало республики - совокупность, имманенция, а не дуализм; у нее нет духовных и мирян, nысших и низших, над ней ничего нет, ее религия - 186
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==