думанные и невыдуманные новости, и веришь и не веришь; а тут каждая иностранная газета приносит одну весть мудренее другой. Таким взволнованным, оживленным и ждущим необыкновенного, еду из Рима. Что-то будет из всего? Прочно ли все это? Небо не без туч, временами веет холодный ветер из могильных склепов, нанося запах трупа, запах прошедшего; историческая tramontana 1 * сильна, но что б ни было, благодарность Риму за пять месяцев, которые я в нем провел. Что прочувствовано - то останется в душе, и всего совершенного - не сдует же реакция! ПИСЬМО ДЕВЯТОЕ Париж, 10 июня 1848. Снова, любезные друзья, настает время воспоминаний о былом, гаданий о будущем,- небо опять покрыто тучами, в душе злоба и негодование ... мы обманулись, мы обмануты. Трудн_о признаваться в этом, будучи тридцати пяти лет. Пятнадцатого мая сняло с моих глаз повязку, даже места сомнению не осталось, революция побеждена, вслед за нею будет побеждена и республика*. Трех полных месяцев не прошло после 24 февраля, «башмаков еще не успели износить» 2 *, в которых строили баррикады, а уж Франция напрашивается на рабство, свобода ей тягостна. Она опять совершила шаг для себя, для Европы и опять испугалась, увидевши на деле то, что звала на словах, за что готова была проливать кровь. Я был пятнадцатого мая с утра до ночи на улице, я видел первую колонну народа, пришедшую к Камере, я видел, как ликующая толпа отправилась из Собрания к ратуше, я видел Барбеса в окно Hбtel de Ville, я видел кровожадную готовность Национальной гвардии начать резню и торжественное шествие победоносного Ламартина и победоносного Ледрю-Роллена нз ратуши в 1 северный ветер (итал.). 2 Гамлет об своей матери. (ПpUJ.t. А. И. Герцен.а). 135
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==