- Поедем к нему. Смертельно не хотелось мальчику ехать, однако он поместился на козлы с кучером. Сцена эта была неподражаема, он свой парус надел, как русские попы носят ризу, что его очень мало покрывало, между тем дождь JIИвмя лил. Он раза два хотел сойти, но кучер из нашего отеля, зная, в чем дело, не пускал его. Лаццарони думал, что я его отдам в полицию, и, совершенно как зверь, косился и посматривал на меня. Дома я застал Спини и, поручив ему моего однопарусного приятеля, которого убедил, что в полицию не отдам, поехал к Тофано. Тофано был очень рад, что портфель нашелся, и тотчас предложил схватить лаццарони. Я отказался. - Мы ему ничего не сделаем, а только пугнем тюрьмой, он завтра все расскажет. Полиция теперь не так страшна, как вы думаете... мы начинаем бояться народа, а не народ нас ...- прибавил префект смеясь. - Я ему обещал, граф, что не отдам его. Тофано не настаивал, но сказал, что если мне покажется что-нибудь подозрительным в доме старика или он откажется отдать, то что он тотчас распорядится, а пока лаццарони оставит в покое. Спини, я и молодой человек отправились к старичку за Dogana di sale; он указал в вороты большого полуразвалившегося дома, мы въехали на вонючий и нечистый двор. В окнах болтались грязные рубашки, тряпье; дом был похож на запущенные казармы, на оставленную фабрику . . Мы взошли в довольно темные сени, на площадке и в коридоре лежали на камнях, по которым текла какая-то темная, непрозрачная и подозрительного свойства жидкость, несколько лаццарони; все лежало на голых камнях, и все было одето вроде моего юноши, который отправился за стариком, сказав нам, чтоб дожидаться его тут. Хилый мальчишка лениво встал с полу и, почесывая голову, подошел ко мне, растопырил ноги и стал рассматривать меня с величайшей подробностью. J?,2
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==