всегда поступают,- насильственно освобождая*. Они выдумали несколько республик в Италии и устроили их по образу и подобию своего директориального правления. Не принимая в расчет ничего индивидуального, они гнули итальянцев в формы, выдуманные в Париже, и которые французы добросовестно считали равно годными для Отаити * и для Исландии. При всех недостатках новых республик, они были лучше смененных правительств, они покончили нелепые феодальные права, секуляризовали бездну имений, дали некоторую свободу мысли и слова. Несмотря на это, народ смотрел враждебно и недоверчиво на новые правительства, он не верил в республики, заводимые такими республиканцами, как Бонапарт и Массена. Время доказало, кто был прав, народ ли, принявший освобождение за новую фазу рабства, или среднее состояние, бросившееся в объятия Наполеону, для того чтоб тот мог их дарить брату Иосифу, зятю Иоахиму, пасынку Евгению*, сестре Полине, собственному сыну и прочим сродникам из Аячио. Состояние Италии после наполеоновского периода ухудшилось. Реакция во всей Европе была чудовищна, удушливое время от 1815 года до 30 не вполне оценено, я советую почитать, например, историю Волабелы, чтоб узнать, что такое было terreur Ыапсhе 1 во Франции. Замечательно, что в Италии реакция действовала так же не национально, как революция. Пиэмонт и Неаполь вздумали пробовать в двадцатых годах у себя заальпийскую монархию * с притеснительной бюрократией и с готовностью войсками подавлять всякий ропот. Австрия учреждала Ломбардию на австрийский манер. Против реакции восстала оппозиция в духе Лафайета и Бенжамена Констан *. Оппозиция была побеждена, Италия стояла одной ногой в гробе. Меттерних с улыбкой повторял, что «Италия - географический термин»; все энергическое, благородное, не попавшее в Шпильберr, С.-Эльм или С.-Анджело *, бежало, экспатрировалось. В задавленной литературе если что-нибудь прор~шалось, то это был вопль и CTOJ-1 безнадежного отчая1 белый террор (франц.). 107
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==