шилось всякой моральной силы. Папа снова готовится к уступкам и снова дразнит народ. Начальник Национальной гвардии велел снять трехцветную кокарду, его не послушались; на другой день вышел приказ, разрешавший трехцветные кокарды! 3 февраля к крику «Viva Pio Nono!» - прибавляли всякий раз: «е la costituzione, е la liberta!» 1 Замечательно, что во все время ликований ни одному человеку не пришло в голову или никто не осмелился по крайней мере прокричать какое-нибудь приветствие неаполитанскому королю. Завтра отправляюсь посмотреть своими глазами на Неаполь в революции, на Неаполь не только изящный, но и свободный. Пока, пользуясь дождем, я намерен сказать еще несколько слов об итальянских делах. Как это случилось, что страна, потерявшая три века rому назад свое политическое существование, униженная всевозможными унижениями, завоеванная, разделенная иноплеменниками, полтора века разоряемая и наконец совсем сошедшая с арены народов как деятельная мощь, влияющая: сила, страна, воспитанная иезуитами, отставшая, обойденная, обленившаяся - вдруг является с энергией и силой, с притязанием на политическую независимость и гражданские права, с притязанием на новое участие в европейской жизни? Судьба полуострова шла в последние три века не торной дорогой истории, и оттого его современное состояние на пеrвый взгляд не совсем понятно; может, один западный народ и есть, которого быт народный еще непонятнее - это испанцы. Мы легко привыкаем по умственной лени к шаблонам и нормам, к исторической алгебре; алгебра эта составлена по трем типам: по английскому, французскому и немецкому. Италия шла иным путем. Когда весь мир забыл древний Рим, память о нем хранилась в Италии. Когда же, напротив, вся северо-западная Европа стремилась к государственной централизации, к римской монархии,- Италия продолжала быть феодальной, была побеждаема, притесняема, но не делалась монархическою, кроме Пиэмонта и Неаполя. В Италии не 1 и конституция и свобода! (итал.) 101
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==