1< неоплатонизму. Здесь также проявляется отличие материалиста Герцена от идеалиста Гегеля, высоко ставившего идеалистическое учение неоплатоников. Герцен, в прот11воположность Гегелю, подчеркивает научную несостоятельность, мистический характер неоГ:Латонизма. Тот факт, что неоплатонизм отправляется «от непосредственного ведения», от мистического созерцания, божествен110го от1<ровения, делает в глазах Герцена учение неоплатоников в корне враждебным научному знанню. Об отрицательном отношении Герцена к неоплатонизму свидетельствует и его запись в дневнике 23 сентября 1844 года: «Неоплатон11зм не имеет того огромного сц11ентифического значе1111я, 1<ажется мне, которое ему придают теперь и Гегель». Важное значение для характеристики философских воззрений Герцена имеет выраженное в четвертом «Письме» резко враждебное отношение Герцена к догматизму в науке. С точки зреrшя Герцена человеческое познание представляет собой процесс безграничного развития, движения вперед. Догматизм, по убеждению Герцена, «противен вечно деятельной, стремящейся натуре человека», он ведет мысль 1< застою, неподвижности, односторонней ограниченности и потому глубоко враждебен живому развитию знания, является серьезной помехой успехам науки и философии. Интересны этические идеи, высказанные Герценом в четвертом «Письме» в связи с характеристикой этических учений античного мира. Герцен, решительный противник аскетической морали, выступает против презрения к чувственной, телесной стороне человеческого существоuания. Герцен критикует также этические теор1ш (к числу которых в новое время принадлежала, в частности, кантианская этика), основанные на противопоставлении морального долга II влечения сердца. Он считает, что нужно «примирить сердце и разум так, чтобы человек исполнение действительного долга не считал за тяжкую ношу, а находил в нем наслаждение как в образе деiiствия, наиболее естественном ему и признанном его разумом». Эти положения в дальнейшем были развиты в этической теории Чернышевского и Добролюбова. Та!(, Добролюбов в статье «Николай Владимирович Станкевич» писал: «Кажется, не того можно назвать человеком истинно нравственным, 1<то только терпит над собою веления долга, как ка!(ое-то тяжелое иго, 1<ак «нравственные вериги», а именно того, кто заботится слить требования долга с потребностями внутреннего существа своего, кто 446
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==