III IIOBЫE ВАРIIАЦИИ ПА СТАРЫЕ ТЕМЬР Некогда школа остановилась в грустном недоумении, пораженная страшными и по видимому безвыходными противоречиями, которыми Кант завершил свое учение и из-за которых вдали виднелись улыбающиеся черты его учителя, Юма *. Казалось, последняя опора человека - разум - подкосился, достоверность ведения исчезла; робкие умы, всегда предпочитаюшие бегство труду и ленивый покой утомительному исследованию, стали отступать в свои всегдашние зимние квартиры - в мистицизм; эмпирики иронически улыбались; а в сущности, антиномии Канта были основаны на одном формальном противоречии и на насильственном раздвоении истины; вскоре наука обличила это. Но если мы сравним противоречия, поставленные Кантом, с противоречияl\lи, встречающимися в сознании современного человека, то увидим, что от последних не так легко отделаться: они прокрались во все наши убеждения, исказили весь нравственный быт. Они упорны, как все явления полусознательные и, следова1 Статья эта была напечатана в «Современнике» 1847 года. Случайно в моих бумагах остались рукописи этой статьи и дpyroir, также напечатанной в «Современнике»*,- «Об историческом развитии чести» - сличая их, можно вполне оценить отеческое попечение ценсуры того времени,- при этом не следует забывать, что от 1843 до 1848 была самая либеральная эпоха николаевского царствования*. (Прим. А. Н. Герцен.а.) 24* 371
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==