же*. У нас дают все на свете - оттого что наш партер все на свете. Мы не только в физическом, но и в нравственном отношении всеедны. Как последние пришельцы и наследники, мы перебираем унаследованное из всех стран и веков, смотрим на это, как на чужое и постороннее, смотрим не потому, чтоб оно было нужно нам или доставляло много удовольствия, а для того, чтоб заявить наше право и не отставать от других, на том же основании, как некогда мы ездили в ассамблеи*, не для удовольствия, а по наряду и по нужде. А force de forger 1 многое принялось - одним то, другим другое; никто ни с кем не сговаривался, всякий молодец на свой образец: оттого потребности нашего партера, с одной стороны, очень сложны, а с другой стороны - им очень легко удовлетворить. У нас в одном ряду кресел встречаются полюсы человечества - от небритой бороды патриархальной, бороды an sicl1 2 , до отращенной бороды, сознательной бороды f i.ir sich 3 *; а между двумя бородами можно найти представителей главных моментов развития человечества да еще некоторых оригинальных, недостававших человечеству. Каждый говорит своим языком, каждый имеет свои потребности. Счастливее вавилонян, мы начинаем с того, чем они кончили свое столпотворение, то есть не понимаем друг друга; они, таская камни и долго работая, дошли до того, что у нас вперед идет. Каждая пьеса имеет свою публику; к ней присоединяется постоянно балласт, то есть люди, которые после семи часов бывают в театре единственно потому, что они не вне театра бывают после семи часов. Разом для всей публики у нас пьес не дается, разве за исключением «Гор~ от ума» и «Ревизора». Для бельэтажа - без слов, но с танцами и богатой постановкой; для райка - пьесы, в которых кто-нибудь кого-нибудь бьет; для статских чиновников - пьесы с пушечной пальбой, превращениями, нравственными сентенциями; для купцов - тоже с превращениями, но и с цыганскими пляс1 В конце концов (франц.). 2 в себе ( нем.). э для себя (нем.). 335
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==