две стороны; на закраинах своих они односторонни, противоречат друг другу, на средине они сливаются; взятые врозь - они просто ложны и дают безвыходные ряды антиномий, в которых обе стороны неправы, пока существуют в отвлеченной отдаленности, и могут быть истинными только при сознании единства. Но сознание этого единства выходит за пределы того момента мышления, с которого намеренно не сходят люди рефлекции; я говорю: намеренно,- потому что надобно много трудиться и много приобрести уп()рной косности, чтоб не последовать диалектическому влечению, которое само собою выносит за пределы рассудочности. Ум, свободный от принятой и возложенной на себя системы, останавливаясь на односторонних определениях предмета, невольно стремится к восполняющей стороне его; это начало биения диалектического сердца; повидимому, и это сердце только колышется взад и вперед, а на самом деле это биение свидетельствует о живом, горячем потоке, текущем с беспрерывным ритмом своим; и в диалектических переходах, с каждым разом, с каждым биением мысль становится чище, живее. Возьмем для примера одностороннее воззрение Локка на начало знаний и на сущность. Разумеется, что опыт возбуждает сознание, но также разумеется, что возбужденное сознание вовсе не им произведено, что опыт - одно условие, толчок,- такой толчок, который никак не может отвечать за последствия, потому что ош1 11е в его власти, потому что сознание не tabula rasa, а actus purus, деятельность, не внешняя предмету, а coвce:vi напротив, внутреннейшая внутренность его, так как вообще мысль и предмет составлпют не два разные предмета, а два момента чего-то единого. Примите незыблемо ту или другую сторону - и вы не выпутаетесь из противоречия. Без опыта нет сознания, без сознания нет опыта, ибо кто же свидетельствует о нем? Полагают, что сознание имеет свойство противодействовать таким-то образом опыту, а между тем опыт очевидно - повод, prius 1 , без которого это свойство не обличилось бы. Не решались принять мышление за 1 предшествующее ( лат.). 308
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==