ума, впервые возбужденного чувствами,- что же из этого? Мы узнали бы историческую феноменологию сознания, узнали бы физиологическое взаимодействие энергии чувств и энергии мышления - больше ничего. Зоология, ботаника берут нормою экземпляры совершенно развившиеся; отчего же антропология будет обращаться к дикому человеку? Оттого, что он ближе к животному, то есть дальше от человека? Человек не отошел, как думали мыслители XVIII века, от своего естественного состояния, он. идет к н.ему; дикое состояние - для него са мое неестественное; оттого, как только являются условия выхода из него, он и выходит; чем глубже в старину, те:'-1 ближе к дикому состоянию, тем неестественнес человек,- этого почти не приходило в голову тогдашним философам. Но что же за выводы из наблюдениii над предполагаемым н.е человекоЛt? - Локк находит, что простые идеи ( отчет в впечатлениях, воспоминан11е о них) передаются прямо в пустое .место разу:-.1а; разум, принимая чувственные воззрения, страдателен, не прибавляет от себя н11чего, а, так с1<азать, задерживает их в себе; поэто:-.1у простые идеи Иl\1еют за себя большую достоверность. Но вот что худо: вместе с по:1учением простых и,.:~:ей люд11 изобретают знаки для них; Локк, поймав человека на это:-.1 11зобретени11, очень справедливо заыечает, что человек слово;\1 нарицает не де{1ствительную вещь, а всеобщее собирательное понятие, род или какой бы то ни было порядок, к которому принад,ТJсжит вещь, следовательно, нечто несуществующее. Тут разбор Локка должен бы был окончиться: если слово выражает не истину, то и разум не имеет средств сознавать се, ибо слово представитель того, как понимает разум. Правда, вы можете спросить: почему Локк узнал, что из двух предметов - из частной вещи и всеобщего слова действительность, а, следственно, и истина принадлежит вещи, а не слову; ведь у него еще нет критериума, он ищет его. Дело очень просто: он материалист и потоУ1у верит в вещь и в чувственную достоверность; будь он идеалист, он точно с тою же неосновательностью принял бы за истину слово и всеобщее; он не в самом деле ищет критериум; он очень знает, чего хочет,- он только 20 А. И. Герцен, т. 2 305
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==