ность, всякое действие и движение естественное могли быть его следствием и истечением. Все почти древние, Эмпедокл, Анаксагор, Анаксимен, Гераклит, Демокрит, разноречившие, впрочем, насчет первой материи, в том единодушно соглашались, что полагали ее деятельною в известной форме, передающею эту форму далее и имеющею внутри себя начало движения. (Parmen. etc., р. 653, 654) 45) Начало же (движения) должно быть таково, чтоб из него рождались да в нем и разрешались все явления (L. с., р. 659). Мыслящий должен быть одинаково внимателен к чему бы то ни было и определять не только те начала, которые соответствуют величайшим, многочисленнейшим и преобладающим явлениям, но и те, от которых зависят самые мелкие, самые редкие и самые одиночные вещи. (L. с., р. 658) 46) Едва ли не величайшее из заблуждений - не признавать за деятельную ту силу вещества, которою оно обороняет себя от гибели, так что и малейшая частица его не может быть подавлена громадою всей вселенной, ни истреблена силою и напором всех возможных деятелей, ни каким-либо друf'lим образом уничтожена; по, напротив, каждая из этих частиц постоянно занимает известное пространство и, своим непроницаемым объемом давая отпор другим, сама посягает на них в свою очередь, отнюдь не поступаясь собою. Да, это могущественнейшая из всех сил, неодолимая, как судьба или необходимость! (L. с., р. 673 et N. О., А. 48) 47) Сумма всего вещества всегда одинакова,- она ни прибывает, ни убывает; но сумма эта, без сомнения, распределена между телами по соразмерности. Очевидно, что в бочке воды вдесятеро больше материи, нежели в бочке воздуха. (Hist. Densi et Rari, р. 482. N. О., II, А. 40. Impetus philos., р. 718) 48) Все довольно ясно намекает на то, что поня-гия жидкое и твердое суть только чувственные ,и общенародные; действительно же во всяком теле есть отвращение разрешаться на части. В телах однородных, каковы жидкие, СУГвращение это весьма слабо и немощно, а в телах разнородного состава оно живо и сильно. (N. О., 11, А. 25 и 48) 298
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==