Наука потому не обязана на это отвечать, что она и не говорила, что дв;:~ момента, существующие как внутреннее и внешнее, можно разъять так, чтоб один мо" мент имел действительность без другого. В абстракции, разумеется, мы можем отделить причину от действия, силу от проявления, субстанцию от наружного. Но им не того хочется: им хочется освободить сущность, внутреннее - так, чтоб можно было посмотреть на него; они хотят какого-то предметного существования его, забывая, что предметное существование внутреннего -есть именно внешнее; внутреннее, не имеющее внеш .. него, просто - безразличное ничто. Nichts ist drinnen, nichts ist draussen, Denn was innen, das ist aussen *. (Ooethe) ~ Словом, внешнее есть обнаруженное внутреннее, и внутреннее потому внутреннее, что имеет свое внешнее. Внутреннее без внешнего - какая-то дурная возможность, потому что нет ему проявления; внешнее без вну" треннего - бессмысленная форма, не имеющая содержания. Таким объяснением дилетанты недовольны: у них кроется мысль, что во внутреннем спрятана тайна, которая разуму непостижима, а между тем вся сущность его в том только и состоит, чтоб обнаружиться, и для чего, для кого была бы эта тайная тайна? Бесконечное, безначальное отношение двух моментов, друг друга определяющих, друг в друга утягивающих, так сказать, составляют жизнь истины; в этих вечных переливах, в этом вечном движении, в которое увлечено все сущее, живет истина: это ее вдыхание и выдыхание, ее систола и диастола. Но истина жива, как все органически живое, только как целостность; при разъятии на части душа ее отлетает, и остаются мертвые абстракции с запахом трупа. Но живое движение, это всемирное диалектическое биение пульса, находит чрезвычайное сопротивление со стороны дилетантов. Они не могут до" пустить, чтоб порядочная истина, не сделавшись неле" 1 Ничто не внутри, ничто не вовне, ибо то, что внутри, есть н вовне. Гёте (не.1,~.). 18
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==