Герцен к Огареву летом 1847 года,- а необходимость подобного воздействия не на из рук вон сильного человека, но на прекрасного и способного человека». Беда, а не вина Бельтовых, утверждает писатель, в том, что от бессильного противопоставления себя обществу они оказались не в силах перейти к активной борьбе с ним. Трагедия Бельтова, таким образом, рассматривается Герценом в его сложных взаимоотношениях с окружающей средой. Писате.,1ю дорог этот образ; он наделяет его некоторыми автобиографическими чертами, воспринимает его как человека своего поколения; недаром через несколько лет Герцен будет писать о «поколении Онегиных, Чацких и всех нас». Большим художественным достижением Герцена в «Кто виноват?» явился образ Любоньки Круциферской. По словам М. Горького, «это первая женщина в русской литературе, поступающая как человек сильный и самостоятельный» (М. Гор ь к и й, История русской литературы, М. 1939, стр. 168). Любонька ближе к народной жизни, чем кто-либо другой из героев романа. Сознание духовного превосходства этой женщины над мужем, Бельтовым и всеми окружающими ее людьми не оставляет читателя. Однако силы и способности Круuифсрской не находят применения в условиях бесправия женщины, на кот9рое обрекает ее весь строй жизни крепостнической России. · Образ Круциферской свидетельствовал о поисках Герценом положительного героя в направлении, впоследствии наиболее близком революционным разночинцам 50-60-х годов. Следует отметить, что Герцен в условиях 40-х годов еще не мог правильно оценить историческую роль и значение разночинной интеллигенции. Его Круциферский полон «страха перед будущим», беспомощен в жизненной борьбе и выглядит мелким и жалким в сравнении с Бельтовым. Писатель сочувствует своему герою-разночинцу, но это сочувствие полно снисхождения. Автор «Кто виноват?» в Круuиферском не видел и не мог тогда видеть новой активной социальной силы. Художественное воплощение «новых людей», революционных разночинцев, исполненных глубокого сознания, что будущее принадлежит им, русская литература обрела в романе Чернышевского «Что делать?» Роман Герцена вызвал самые оживленные отклики на страницах журналов и в литературных кругах, и это было лучшим докаэательс11вом жизненности и политической актуальности поставленных писателем вопросов. Сам Герцен спустя много лет призна494
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==