во время нашествия галлов и с ними дванадесяти язык. Но, несмотря на то, что его просьба была совершенно несправедлива, он получил отказ. Это его сильно огорчило, он помаячил еще годик, да и умер, оставивши Марье Валериановне дом, золотые и серебряные безделушки и толстую пачку ломбардных билетов. Марья Валериановна в это время была в Петербурге, куда Столыгин переехал во время приближения неприятеля. д·ом их на Яузе сгорел. /vlоряк отстроивал его медленно, потому что Столыгин скупился на деньги. Старик перед смертью звал дочь проститься. Она поехала, но не застала его. Моряк, имевший уже свои инструкции, распоряжался в доме ее отца, как на корабле, взятом в плен. Марья Валериановна молчала, но билеты ломбар_дные прибрала, Михайло Степанович не давал почти вовсе денег на воспитание сына, да и, сверх того, она хотела на всякий случай иметь капитал в своих руках. Это обстоятельство снова ее поссорило с мужем. Пе-. реписка их приняла горький тон. Видя непреклонность жены, Столы~ину пришла в голову мысль воспользо• ваться разлукой ее с сыном, чтобы поставить на своем. Он писал моряку во всяком письме, чтобы все было готово для его приезда, что он на днях едет, и нарочно оттягивал свой отъезд. Возвратившись, наконец, в свой дом на ,Яузе, он прервал все сношения с Марией Валериановной, строго запретил людям принимать ее или ходить к ней в дом. «Я должен был принять такие меры,- говорил он,- для сына; я все бы ей простил, но она женщина до того эграрованная 1 , что может пошатнуть те фундаменты морали, которые я с таким трудом вывожу в сердце Анатоля». Разумеется, ему никто не верил, кроме моряка, да и тот более верил из дисuиплины и подчиненности, нежели из убеждения, и защищал Столыгина только следующим выразительным аргументом: «Все же ведь, как там угодно, а опа супруга Михайла Степановича, а Михайла Степанович, как бы то ни было, все же ее супруг есть! .. » 1 раздраженная (от франц. aigrir). 434
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==