что борьба лучших и сильнейших из «Дон Кихотов революции» не прошла бесследно. Одно из центральных мест принадлежит в «Былом и думах:. портрету Белинского. В 50-х годах Герцен, рисуя своего друга и соратника, еще не пришел к тому пониманию исторической роли поколения революционеров-разночинцев, которое позже мы находим в «Новой фазе русской литературы», в «Письмах к противнику». Однако Герцен верно почувствовал в Белинском и передал в его портрете ту страсть, силу, последовательность мысли и дела, тот боевой дух, который характеризует глубочайшее своеобразие исторической роли Белинского в общественной борьбе 40-х годов. В гениальном портрете этом 11ашли художественное отражение проце~сы демократизации русской общественной жизни. Изображая идейную жизнь, Герцен с необычайной силой и проникновенностью выразил и чувство исторической преемственности русской революционной традиции, патриотическую гордость славным прошлым и чувство нового, позволявшее прозревать сквозь «пророчествующие раду_гю> великие образы будущей свободной демократической и социалистической России. Недаром Герцен называл свою любовь к Родине - пророчеством. Со страниц герценовских творений перед нами встают и декабристы, эти «богатыри, кованные из чистой стали с головы до ног», и молодые «штурманы будущей бури» - революционеры-разночинцы 60-х годов, и в_ождь крестьянского восстания Антон Петров. бесстрашно шедший навстречу пулям царских карателей. В «Былом и думах», как и в других произведениях Герцена, проходит целая вереница обаятельных поэтических женских образов, в которых Герцен воплотил идейный, интеллектуальный рост русской женщины. Вспомним крепостную рабу и великую русскую актрису из «Сороки-воровки», своим творчеством и собственной своей жизнью протестовавшую против крепостнического произвола; Любовь Круциферскую, с ее умом, нравственной силой и волей; Наталью Александровну Герцен, сумевшую вырваться из душной обстанов1<И православно-барской Москвы и подняться до идейных интересов передовых русских людей 40-х годов; ее погубленную крепостным рабством горничную и подругу- Сашу Вырлину, делившую ее ду• ховные стремления и мечты, и, наконец, гордые «цветы Минервы» представительниц женского поколения 60-х годов с их «настоящим сознательным протестом» ( «Былое и думы», гл. «Без связи:.), материалистическими и революционными идеями. э• :;5
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==